d0s | Александр Арген — Ты, я и чайки.. Go up
You are using an outdated browser. More... »
Posts d0s

Я, наконец, дождался этого утра. Убрал с сиденья непонятно когда и кем забытый зонтик, вытер приборную доску, окинул взглядом салон на случай компрометирующих неожиданностей, и поехал в аэропорт. Хорошо, что утро выдалось таким погожим и солнечным - первое впечатление о стране сильно зависит от погоды.

Но самолет, несмотря на прекрасные погодные условия, все равно опоздал, и я сильно изнервничался. Я болтался по стеклянному, гулкому зданию аэровокзала взад и вперед со своим дурацким букетом, привлекая внимание двух молодых полицейских. Они, наверное, думали, что я мафиози, и в букете у меня пистолет, или, того хуже, бомба. В конце концов, один из них, с нашивками старшины, попросил у меня документы, когда я в очередной раз пробегал мимо. Сравнив мою унылую рожу в АйДи с таким же унылым оригиналом и внимательно рассмотрев букет, он разочарованно отпустил меня в дальнейшие бега.

Наконец, из глубины утреннего неба показался маленький серебристый силуэт. Прокашлявшись, дикторша из службы трансляции дала понять, что она тоже его заметила. Меня всего затрясло, я пригладил растрепавшиеся розочки на букете и, преодолевая искушение позорно удрать, бросив букет в ближайшую же урну, пошел к терминалу. Я узнал тебя сразу же как только ты появилась в проходе, узнал по немного растерянному виду и по глазам. Растерянность твоя была вполне объяснима недавним общением с пограничниками и обилием вокруг людей, не говорящих на твоем языке. А глаза - я знал, что у тебя именно такие глаза.

Я узнал это по твоим письмам - невозможно по письмам определить, как выглядит человек, худой он или полный, но можно понять какие у него глаза. Самое смешное было то, что ты меня тоже узнала, и даже улыбнулась, демонстрируя свое чувство юмора. Мы сели в машину, и, все еще стесненные необычностью ситуации, поехали ко мне. Я нарочно ехал помедленнее, чтобы ты больше увидела и пришла в себя. И ты восхищалась, восхищалась чистотой улиц, бархатной зеленью аккуратно постриженных парков, большим количеством женщин за рулем и габаритами местных подростков. А я ехал ужасно гордый, будто это я вставал в пять утра, чтобы подмести улицы, подстричь кусты в парках и трахнуть всех этих девиц в БМВ и Ауди, с целью получения в качестве результата розовощеких белобрысых гигантов.

А дома ты умылась, поспала пару часов на моем диване, а я в это время отправлял свои бесчисленные отчеты и все время думал о тебе. О том, что ты уже рядом, на расстоянии вытянутой руки, и сладкие мечты о наступаюшем вечере сбивали с толку мой Эксель, и мой Ворд путался и бессовестно пропускал ошибки.

Проснувшись, ты начала искать что-то в своих вещах и нашла неимоверной красоты, какое-то очень блестящее платье и сказала, что собираешься пойти в нем на завоевание этого города. И мне стоило миллиона нервных клеток убедить тебя, что старенькие джинсы и маечка будут гораздо лучше соответствовать имиджу завоевательницы.

Но моя первая победа вдохновила меня, и я понял, что вечер будет даже более прекрасным, чем я мечтал все эти дни.

А потом завоеватели вступили в город, вступили пешком, городок то - крошечный. И, пошатавшись по паркам и площадям, накупив кучу сувениров, к вечеру мы примостились в моем любимом кафе на высоком речном берегу.

Я не повел тебя в шикарный ресторан, не люблю этих громадных, сверкающих залов, с богатой публикой, стриптизом и бездушными официантами.

Здесь, на открытой террасе, мы ели мясо с ананасами и салат из апельсинов, и запивали все это кисло-сладким кьянти. А на десерт я удивил тебя гордостью местных кондитеров – миниатюрным пирожным из взбитых сливок, в шарике из орехового теста, с маленькой вишенкой сверху. А бесцеремонные чайки вились возле нас и чуть не гасили взмахами своих крыльев три крошечные свечки, горевшие посредине столика.

И мы кидали им крошки пирожных, а они ловко ловили их на лету и кричали так, будто не ели уже несколько дней. Но мы им не верили, минорная тональность их криков совсем не вязалась с их наглым видом.

Но от их грустных воплей пришла какая то задумчивость, и низкое, багровое солнце над рекой вдруг стало каким то знаком, знаком вечности. И ты сказала о том, что сколько поколений влюбленных сидело над этой рекой, кормило чаек и смотрело на закат. А я улыбнулся совпадению наших мыслей и чмокнул тебя в щеку, и это был наш первый поцелуй.

И чтобы сгладить неловкость, охватившую нас, мы быстро встали, и, оставив на блюдечке чаевые, пошли бродить по вечернему городу.

А я все боялся, боялся этого момента, когда мы войдем в квартиру и надо будет как то располагаться. И как обычное словечко «спать», будет звучать в моих губах страшно двусмысленно. Но ты, покорив меня в очередной раз, сказала просто: «Ведь твой диванчик раскладывается? И мы поместимся вдвоем?»

Ах, зря ты это сказала, потому что после этих слов я больше ни о чем, кроме диванчика, думать уже не мог, но, глянув в твои глаза, я обнаружил, что ты тоже думаешь о том же.

А мы все выдерживали паузу, как музыканты-виртуозы перед оглушительным финалом. И все сидели за столиком на моем балконе, и тянули мартини со льдом из высоких узких стаканов, и неожиданно, синхронно отставив их в сторону, вдруг начали целоваться всерьез….

Да ни черта этого не было, я все придумал… То есть могло бы быть, но не было… Потому что когда я позвонил тебе из этого самого кафе на берегу, ты сказала, что полторы тысячи ваших деревянных за визу и еще три с половиной тысячи за билет в один конец не умещаются в твоем бюджете. А я, не подумав, предложил тебе перевод по «Вестерн Юнион», а ты - ты страшно обиделась и сказала, что это похоже на… А я не дал тебе договорить, потому что испугался, что ты скажешь слово, после которого мы не сможем больше общаться и ляпнул сам - «Глупая дурочка»! Но, как это часто бывает с мужчинами, я сначала сказал, и лишь потом подумал, и в следующую секунду я уже понял, что же ты на самом деле имела в виду. Я почувствовал твою растерянность, робость, смущение. И уже приготовился сказать тебе что-нибудь нежное, успокаивающее, но, как назло, самая придурковатая чайка из этой стаи, вечно вьющейся возле кафе, решила, что мой мобильник – это что-то съедобное, и попыталась выхватить его у меня из рук. И пока я с ней боролся - случайно нажалась кнопочка с маленьким красным телефончиком на ней.

И вышло очень глупо, получилось так, будто я обозвал тебя «дурочкой» и выключил телефон. И когда я попытался перезвонить – ты уже не брала трубку.

А когда я позвонил через час, противный голос автомата стал уверять меня, что «абонент улетел на другую планету…»..или что-то в этом роде. И я понял, что так, наверное, и кончаются эти дебильные, виртуальные романы. Я болтаюсь по вечерам на набережной, кормлю этих идиоток-чаек, и все думаю, а есть ли способ вернуть тебя?

реклама

Рубрики: Александр Арген
Метки:
No comments yet.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>